Виталий Игнатьев: Молдова хочет нивелировать присутствие России в регионе

21/10/23

Министр иностранных дел ПМР Виталий Игнатьев ответил на вопросы корреспондента РИА Новости, рассказав о конфронтационных подходах Кишинева, перспективах урегулирования молдо-приднестровского конфликта в контексте евроинтеграции РМ, а также активной милитаризации соседнего государства. Отдельно глава МИД ПМР остановился на теме блокирования молдавской стороной экспортных поставок трех ведущих промышленных предприятий Приднестровья.

На неделе МИД ПМР констатировал, что Кишинев усилил давление на Приднестровье, блокирует экспорт машиностроительных предприятий. К чему может привести данный шаг Молдовы, если его оперативно не урегулировать? Есть ли реакция от международных партнеров на это? 

Прикрываясь бюрократическими процедурами, молдавская сторона с августа ограничивает экспортные поставки продукции трёх ведущих промышленных предприятий Приднестровья. Политическая подоплека ограничительных действий Кишинева очевидна, поскольку ранее данная номенклатура товаров наших предприятий экспортировалась без особых проблем. Сегодня склады предприятий заполнены готовой продукцией, которую пока затруднительно вывезти за рубеж, сорваны контрактные обязательства перед контрагентами в России, среднеазиатских странах и членах Европейского союза. Нарушены законные права и интересы трудовых коллективов заводов. Отдельные предприятия были вынуждены приостановить производство. Порядка 900 работников оказались в простое.

В результате предпринятых дипломатических усилий представители международных участников переговорного процесса смогли удостовериться в необоснованном характере действий РМ. Типичный пример: европейский контрагент выступает заказчиком продукции приднестровского предприятия, которая полностью соответствует всем требованиям ЕС, зачастую произведена из европейского же сырья, и не остается в Молдове, а транзитом направляется в одну из стран Евросоюза, однако у молдавской таможенной службы неожиданно возникают какие-то «сомнения», в результате чего запускаются длительные бюрократические процедуры, а завод несет убытки.

Приднестровская дипломатия продолжит усилия по снятию искусственных ограничений. Ожидаем в ближайшие дни ряд визитов международных представителей на пострадавшие предприятия и более внятной реакции посредников в переговорах, в первую очередь ОБСЕ.

Майя Санду на брифинге по итогам заседания Высшего совета безопасности назвала Россию самой большой угрозой национальной безопасности? Создает ли такая позиция Кишинева новые риски и угрозы для Приднестровья?

Судя по публичной реакции представителей руководства Российской Федерации, сегодня имеется понимание того, что официальный Кишинев проводит недружественный курс в своей внешней политике. Такой подход явно вредит интересам сохранения мира и стабильности в данном региональном пространстве, поскольку Российская Федерация – страна-гарант и посредник в молдо-приднестровском переговорном процессе, под ее эгидой проводится уникальная по эффективности миротворческая операция на Днестре.

Как видим, проблемы и кризисы в отношениях между Приднестровьем и Молдовой имеют тенденцию к усилению из-за конфронтационных подходов, включая отказ молдавской стороны от исполнения ранее взятых на себя обязательств. Четвертый год подряд не проводятся заседания в международном переговорном формате «5+2».

В условиях множества нерешенных задач на пути к достижению справедливого и всеобъемлющего урегулирования конфликта попытки РМ принудить Россию к нивелированию своего законного присутствия в важнейших механизмах априори деструктивны. К примеру, решение молдавских властей радикально сократить штат Посольства России в РМ уже спровоцировало трудности в работе руководящего органа миротворческой операции – Объединенной Контрольной Комиссии.

В Молдове все чаще говорят о выводе оперативной группы российских войск в Приднестровье, которая является неотъемлемой частью миротворческой миссии, и даже заговорили о выходе из Соглашения 1992 года, то есть разрушении существующего миротворческого механизма. Все это, безусловно, факторы риска, которые необходимо учитывать с целью недопущения дестабилизации региональной обстановки.

Евросоюз работает над выделением молдавским вооруженным силам 50 миллионов евро из Европейского фонда мира в следующем году. К чему может привести такая милитаризация Молдовы в условиях того, что у страны до сих пор не урегулирован территориальный конфликт? При этом в Кишиневе звучат заявления использовать опыт Азербайджана.

Отмечу, что этот пакет помощи от Европейского фонда мира – уже четвертый с 2021 года, а ее суммарный объем достиг 137 миллионов евро. Для сравнения, это превышает годовой военный бюджет Молдовы, который и сам растет год от года рекордными темпами. При этом финансовая поддержка РМ также оказывается западными странами, оттуда же в соседнее государство поступают военная техника, дроны, пехотное снаряжение и вооружения. Официальные лица и в РМ, и на Западе заявляют о том, что конфликт нужно решать только мирным путем, однако на практике мы видим действия иного характера. Демонстративные вливания в молдавскую армию, беспрецедентное число совместных учений с контингентами стран НАТО, постоянные сборы резервистов сложно трактовать иначе, как военные приготовления.

Активная милитаризация одной из сторон неурегулированного конфликта вызывает беспокойство не только у жителей Приднестровья, но и самой Молдовы. Всем понятно, что такими действиями западные страны осуществляют внешний вклад в нестабильность, что усиливает общее недоверие к их подходам.   

Накачка оружием создает дополнительный соблазн решить молдо-приднестровский конфликт силой, и вряд ли кто-то может гарантировать, что в Кишиневе, как в начале 1990-х, не возобладают «горячие головы». Единственная эффективная гарантия – миротворческая операция на Днестре.

Сейчас в Молдове отдельные лица призывают использовать «опыт Азербайджана». Между тем в историческом контексте этот «опыт» – очевидная трагедия для двух народов: десятки тысяч погибших, сотни тысяч беженцев, череда гуманитарных кризисов. Это не модель решения конфликта. Желать воспроизведения такого «опыта» могут только глубоко неадекватные люди.  

Многие эксперты обратили внимание на заявления руководства Молдовы, что оно не исключает возможную интеграцию в ЕС только правобережья страны, без Приднестровья. О чем это говорит? Можно ли из этого сделать вывод, что Кишинев не заинтересован в мирном урегулировании приднестровского вопроса?

В первую очередь – это вопрос к молдавскому руководству.

Вероятно, в Кишинёве рассматривают различные сценарии интеграции в Европейский союз. И если исходить из публичных комментариев официальных лиц, то не исключается модель объединения Молдовы с Румынией – членом ЕС, в качестве определённой формы интеграции в европейское пространство.

Мы также слышим заявления о том, что обсуждается вопрос более тесной интеграции РМ с ЕС без Приднестровья. В этом есть своя логика. Действительно, молдо-приднестровский конфликт остаётся неурегулированным. Однако при этом за более чем тридцать лет Молдова и Приднестровье сформировались как два отдельных государства, в которых живут разные народы, каждый из которых имеет свою собственную идентичность, ценностные ориентиры, устремления и приоритеты. Кроме того, за этот же период в двух республиках выросли новые поколения граждан на абсолютно различной ценностно-идеологической основе. Разница в отношении к историческим и политическим реалиям колоссальна. За примерами далеко ходить не нужно, достаточно сказать, что современное Приднестровье – это в прямом смысле «ковчег», в котором сохранился исконный молдавский язык в качестве ценностно-культурологической основы молдавского народа, который в соседней Молдове юридически окончательно «отменен» и заменен на румынский.

Как известно, обретение РМ статуса «кандидата» никак с Приднестровьем не обсуждалось и не согласовывалось, следовательно, уже на предварительном подготовительном этапе и Кишинёв, и Брюссель, в действительности осознавали, что Приднестровье является совершенно отдельным государственным субъектом. Неизбежно настанет момент, когда политико-юридически будет необходимо оформить объективную реальность, которая де-факто уже давно сложилась.

На заседании совета глав государств СНГ Владимир Путин заявил, что Молдова утрачивает свою идентичность. По его словам, элиты этой страны вообще считают, что они не молдаване, а румыны. Как в Тирасполе относятся к тому, что Кишинев стремительно интегрируется с Румынией? Что произойдет с Приднестровьем, если молдавские элиты примут решение объединить Молдову и Румынию?

Объективность такова, что пусть молдавско-румынская «униря» и не оформлена де-юре, она уже практически состоялась де-факто. Молдова отказалась от собственной истории и языка, заместив их румынскими, высшие чиновники и даже руководители спецслужб этого государства являются гражданами Румынии. Ей же передаются ключевые государственные активы, к примеру, газотранспортная система. При поддержке властей РМ быстро расширяет свое влияние на молдавской территории Бессарабская митрополия Румынской православной церкви. Список таких сигнальных факторов можно продолжать еще долго. Все это – выбор соседней Молдовы.

У Приднестровья же свой путь, определенный волей народа, в интересах которого мы продолжаем работать, укрепляя приднестровскую государственность.

Источник: РИА Новости